Пущенная в 1909 году, она не просто сохранилась полностью, а до 2017 года оставалась действующей.

Пороги — место хоть и известное на весь Южный Урал, да глухое: постоянного населения десяток человек, а последние километры дороги — грунтовка, впрочем даже слякотной весной вполне приличная. Тем удивительнее, что кто-то заморочился притащить сюда вагон, встречающий на въезде

Ржавый механизм на склоне выглядит приводным колесом старого-старого завода или гидроаргегата, но на самом деле это остатки подъёмника горнолыжников. Пороги стоят ощутимо выше Сатки, Златоуста или двух Катавов, и снега в середине апреля тут лежало куда как больше:

Самое крупное здание посёлка, бывший дом для рабочих, ныне занимает турбаза. У входа, внезапно — гигантские ложки и вилки:

А во дворе — фигуры палеовенер:

Поехавший с нами гидом от саткинского турцентра Олег Борисович Волков, в чьей гостинице «Саттурн» я ночевал, в Порогах сразу куда-то ушёл, оставив нас с vedmed1969 изучать развешанные по забору информационные стенды, и вскоре вернулся с сельского вида дядькой, смотрителем остановленной ГЭС. Краем уха я услышал их разговор — что-то о камнях и интересующихся ими бандитах. Вчетвером мы снова сели в машину — хотя шум плотины на турбазе уже слышен отчётливо, до неё ещё добрых пол-километра:

Порожская ГЭС — это один из ярчайших памятников реиндустриализации Урала, что началась хоть и гораздо позже, чем промышленный подъём Донбасса, но всё же ещё до революции. Примета Урала — заводские плотины и пруды на речках (см. Сысерть), но строившиеся с 18 века, они не вырабатывали электроэнергию, а напрямую крутили приводные колёса, заставляя двигаться многотонные молоты. Паровая машина прошла мимо уральских заводчиков — и каменного угля тут не водилось, и крепостных нагнать всегда было проще, но именно поэтому к 19 веку край горных заводов вступил в полосу, как казалось тогда, непреодолимого упадка. Оживление стало приходить сюда в конце столетия со строительством железных дорог: промышленному буму становилось тесно в степях между Днепром и Доном, и к тому же та сторона была полностью в руках иностранных инвесторов. Российские же предприниматели всё чаще обращали взгляды на старый добрый Горнозаводской Урал, где неприхотливый народ уже в десятом поколении привык трудиться на заводах. Саткинским казённым заводом в 1893-94 годах управлял рижский немец Александр Шуппе, а в 1900 году он вернулся в Сатку уже как пайщик строившегося «Магнезита». Работа в новой для России отрасли ему явно понравилась, и остзеец задумался о том, чтобы пойти в этом дальше — построить на Урале первый в России электрометаллургический завод для производства ферросплавов. К 1908 году он сколотил товарищество, куда входили петербургские аристократы Александр и Екатерина Мордвиновы, один из руководителей «Магнезита» курляндский барон Феликс фон дер Ропп и инженер-гидродинамист Борис Бахметьев. Деньги, знания, связи — а что ещё надо, чтобы начать? К 1910 году у порогов реки Большая Сатка появились цеха из дикого камня, на месте же самих порогов выросла крупнейшая из построенных в царской России гидроэлектростанция — в электрометаллургии приводными колёсами было уже не отделаться. Со стороны села промышленный комплекс «Пороги» открывает заброшенная усадьба самого Шуппе, оставшегося здесь управлять своим детищем… впрочем, ненадолго — в Гражданскую войну он выехал в Одессу, где и пропал без следа, то ли уехав за море под другим именем, то ли сгинув от каких-нибудь налётчиков:

Ниже, у воды — цеха. Электрометаллургический завод был совсем крошечным, но здесь впервые в России были получены многие сплавы железа с кремнием, хромом, марганцем… При Советах успевший устареть заводик стал ферросплавным цехом «Магнезита», и «Магнезит» тянул его на себе довольно долго, скорее ради рабочих мест в глухом селе. Подозреваю, встал завод ещё в 1990-х, а окончательно закрылся в 2001 году:

Но за окнами его цехов ещё видны остатки оборудования:

В низинке — глубокий снег с толстым настом, по которому мы вышли прямиком к плотине. В апреле это величественное зрелище, и за громом воды разговаривать можно было лишь криком друг другу в ухо:

Длина плотины 125 метров, высота по гребню 21 метр, а мощность достигала 1,3 мегаватт. То есть Пороги — это даже не мини-ГЭС, и вот среди «взрослых» гидроэлектростанций она в России однозначно первая даже с учётом <span style=Калининградской области.

Владимир, — так звали нашего четвёртого спутника, — извлёк связку ключей, звон которой перебивал водяной грохот, да открыл нам ближайший к реке цех — машинный зал электростанции:

Вид его впечатляет — старейшие агрегаты здесь времён основания завода, а самые новые остались с плана ГОЭЛРО:

Немецкие генераторы «Бригель, Хассен и Ко», английский кран «Альфред Гунтман и Ко» на 300 пудов…

Приедь я сюда хоть на пару лет раньше, это всё бы тоже работало, стрекотало и гремело, но нас в зале встретила тишина и почти могильный холод. Пол был покрыт слоем льда в пятерню толщиной:

Так как один из агрегатов превратился в фонтан. Порожская ГЭС продержалась до 2017 года, но в итоге пришёл и её черёд — сочетание глубокой нерентабельности с отсутствием денег на ремонт. А без работы в старых механизмах сразу начались поломки. Пока ГЭС работала, она представляла собой фактически действующий музей. Сейчас посещение цехов закрыто по соображением безопасности, и когда следом за нами сюда заглянула прикатившая из Челябинска стайка молодых туристов, Владимир демонстративно закрыл перед их лицом дверь. Что будет с Порожской ГЭС дальше — не знает, кажется, никто, но в нынешнем виде уникальный для России промышленный памятник — под угрозой. Будь рядом не Сатка, а любой другой малый город, можно было бы уже начинать это всё хоронить, но в Сатке всё же есть хоть робкая надежда, что всесильный «Магнезит» или удалой Юрий Китов раскошелятся на создание здесь полноценного промышленного музея.
А вот ферросплавный завод уже не восстановить, при том что его оборудование вроде французских дуговых печей «Эру» начала ХХ века на момент закрытия было не менее архаичным:

Цеха, конюшни, склады…

За окнами грохочет вода:

Здесь на плотину можно полюбоваться «анфас»:

А затем — подняться на её гребень. С остановкой ГЭС его тоже признали страшно опасным и закрыли вход, но спасибо опять же Центр туризма, по сути устроившего мне эксклюзивный блог-тур:

Тем более что самые впечатляющие виды — конечно же, отсюда:

Конструкции плотины тоже начала ХХ века, и в проектировании их, как считает местное краеведение, участвовал Владимир Шухов:

Общий вид комплекса «Пороги»:

Я показывал в разные годы первую в Поволжье Сызранскую ГЭС, показывал ДнепроГЭС в Запорожье — гордость Первых пятилеток, показывал Жигулёвскую и Рыбинскую гидроэлектростанции с их водохранилищами на пол-мира, гигантскую Братскую ГЭС и сравнимую с ней Богучанскую ГЭС, которую запустили считанные годы назад.

Но все они появились позже…

По скалистому руслу кажется, что Пороги — это край земли, но на самом деле в следующую деревню Постройки отсюда пешком дойти можно:

С другой стороны — пруд, ещё не вскрывшийся ото льда:

Владимир, показывая на склон за рекой, начал рассказывать нам свою, используем тут эвфемизм «оригинальную», версию строительства плотины. По его словам, Южный Урал — это энергетический центр мира, и долина Большой Сатки лежит на перекрёстке мощнейших каналов. Ну а рижанин Шуппе — ни кто иной, как британский агент: англичане, эта всепроникающая и всемогущая нация (привет Галковскому!), лучше других понимали, что низвергнуть противника можно, разрушив его духовную сеть. Поэтому в начале ХХ века они старательно подбирались к Местам Силы ни о чём не подозревавшей Руси. По наущению английский мореходов, изучавших тот край с 16 века, миссионерами были разрушены идолы острова Вайгач, а истинной целью строительства ГЭС именно в этой долине стала ликвидация Храма Матери Земли, состоявшего из десятков мегалитов. Которые и пошли в фундаменты завода и плотины:

Владимир Чудинов оказался вообще не селюк, а бывалый предприниматель и к тому же мастер спорта по спелеотуризму. Прежде, чем осесть в Сатке, он объехал пол-мира, и по словам Олега, его давнего товарища, был некогда очень богат, но «тут кинули, там швЫрнули», да и (это уже не Олега слова) «что в лихую башку влетело — того не вырубишь топором!». Вообще, по моим впечатлениям, бизнесмены через одного увлекаются какими-то эзотерическими учениями, альтернативными концепциями, завиральными идеями или хотя бы просто не в меру религиозны, и думается, всё это просто лекарства от стресса, связанного с их трудом. В общем, теперь Чудинов озабочен сохранением духовной энергетики Урала, приглядывает за памятником энергетики физической и просто развивает в Порогах туризм — вот например музей открыл, куда пошли изделия местного фестиваля кузнецов:

Артефакты старого посёлка вроде счётной машины:

И камни от разбитых мегалитов:

Ещё чуднее музея у Чудинова собственный дом:

Первой приметой которого для меня стал плотный запах псины, и на шум вот по этой лестнице спустилась пара роскошных собак, тут же направившихся к нам обниматься. Владимир Чудинов — ещё и профессиональный каюр (опять вспоминаю Вайгач!), и зимой на собаках катает как туристов, так и высоких гостей, причём не только по Порогам.

А во дворе у него — мегалиты: судя по всему, Чудинов задался целью возродить древний храм.

На самом деле, отбросив в сторону всю конспирологию и эзотерику, думаю, что святилища, разобранные на строительный камень, тут действительно могли быть. Южный Урал всё же страшно древняя земля, и степи вокруг него были на острие прогресса досторической эпохи — где-то тут была впервые одомашнена лошадь, впервые выковано железо, а уж медные копи от древних остались такие, что по ним искали месторождения и царские рудознатцы, и советские геологи. Таинственная Страна Городов (вернее, городищ) во главе со знаменитым Аркаимом — не миф, и даже если не была она «прародиной ариев» (а это — не измышления а ля Фоменко, а всё же полноценная гипотеза), всё равно одной из вершин цивилизации своих тёмных архаичных времён. Ну а в Уральских горах вполне достоверны мегалиты острова Веры на озере Тургояк и гигантский геоглиф Лось над озером Зюраткуль, так почему бы и в этой долине не быть священным камням древних?

Ещё одна примета окрестностей Сатки как столицы огнеупоров — печи для обжига известняка. Эту, где-то по пути в Пороги, построил несколько лет назад один местный бизнесмен (вы уже поняли, что саткинские бизнесмены — порода особая?), но что-то у него не задалось:

А эти стоят на выселках Межевого через гору от Сулеи — железнодорожного посёлка в 20 километрах от Сатки:

Хоть и построены они в середине ХХ века, а смотрятся всё равно потрясающе, и судя по всяким туристическим буклетам да обложкам путеводителей, это реально один из символов Челябинской области:

Тем более что домны вододействующих заводов Старого Урала вряд ли выглядели сильно иначе:

В печи можно заглянуть, стараясь при этом не угваздаться:

И увидеть небо:

Автор VARANDEJ